Не пора-ли нам было бы, братья,
начать старыми словами повесть ратную (военную) о походе Игоревом,
Игоря Святославовича.
Начать же с той песни по былям (былинам) нашего времени,
а не по замышлению (замыслу) Бояновому (бояны = сочинители песен и сказаний).
СКАЗАНИЕ ПРО ИГОРЕВ ПОХОД (По мотивам "Слова о полку Игореве")
Ярослав и все внуки Всеславовы,
уже опустите все стяги (флаги) свои, сложите мечи свои порубленные.
Уже выпали вы из дедовой славы.
Вы ведь своими крамолами начали наводить поганых на землю русскую,
на добро Всеславово.
Из-за раздоров пришло к нам насилие от земли половецкой.
Начнём же, братья, повесть сию
от старого Владимира до нынешнего Игоря,
который скрепил ум силою своею
и заострил сердце своё мужеством.
Исполнившись ратного духа
навёл свои полки на землю половецкую за землю русскую.
Походы князей на поганых затихли,
ибо сказал брат брату: "Это моё, а это моё же."
И начали князья про малое "Вот великое!" молвить,
а сами на себя крамолу ковать.
А поганые со всех сторон приходили с победами на землю русскую.
Игорь ждёт милого брата Всеволода.
И сказал ему буй-тур Всеволод:
"Один брат, один светлый свет, ты Игорь,
оба мы Святославичи!
Седлай, брат, ты коней своих борзых, а мои готовы, стоят у Курска оседланы.
А мои куряне - бывалые воины, под трубы боевые рождены,
под шеломами взлелеяны, концом копья вскормлены.
Пути им ведомы, а враги знаемы. Их луки напряжены, колчаны отворены, сабли изострены.
Сами скачут, как серые волки в поле,
ища себе чести, а князю - славы."
Тогда вступил Игорь-князь в злат (золотой) стремень и поехал по чистому полю.
Тогда Игорь взглянул на светлое солнце и видит
- от него тьмою все воины его прикрыты.
И сказал Игорь дружине своей: "Братья и дружина,
лучше убитым быть, чем полонёным (пленным) быть.
Сядем же на коней своих борзых, поглядим братья синего Дона.
Хочу, молвил, копьё переломить о край поля половецкого.
С вами, русичи, хочу сложить свою голову,
либо испить шеломом (шлемом) Дона."
Солнце ему тьмою путь заступало.
Ночь стонала ему грозою, птиц пробудила.
Свист звериный стада сбил (в кучу).
Див кличет с вершины древа,
велит послушать земле незнаемой Волги
и Поморья, и Посулию и Сурожу, Корсуню и тебе, Тьмутараканский* истукан. *(Тмутаракань — один из древнейших городов Таманского полуострова)
А половцы неторёнными (непройденными) дорогами побежали к Дону Великому.
Кричат телеги в полуночи, словно лебеди распуганные.
Игорь воинов к Дону ведёт.
А уж беду его стерегут птицы по дубравам.
Волки грозу накликают по оврагам.
Орлы клёкотом на кости зверя зовут.
Лисицы брешут (лают) на червлённые (тёмно-красные; багряные) щиты.
Дремлет в поле храброе Олегово гнездо.
Далёко залетело. Не было оно на обиду рождено.
Ни соколу, ни кречету, ни тебе, чёрный ворон, поганый половчанин.
Долго ночь меркнет, заря свет зажгла,
мгла поля покрыла.
Щёкот (щебетание) соловьиный умолк, говор галочий (галок) пробудился.
Русичи широкие поля червлёнными щитами перегородили,
ища себе чести, а князю - славы.
На другой день, поутру рано,
кровавые зори свет возвещают.
Чёрные тучи с моря идут - хотят прикрыть четыре солнца.
И в них трепещут синие молнии. Быть грому великому!
Идти дождю стрелами с Дона великого!
Тут копьям преломиться.
Тут саблям притупиться о шеломы (шлемы) половецкие на реке, на Каяле, у Дона великого!
О, Русская Земля! Уже за холмом закрылась (скрылась) ты.
С рассвета до вечера, с вечера до света
летят стрелы калёные, гремят сабли о шеломы (шлемы),
трещат копья булатные в поле незнаемом среди земли половецкой.
Черна земля под копытами костьми была засеяна а кровью залита.
Бились один день, бились другой.
На третий день, к полудню, пали стяги Игоревы.
Тут два брата разлучились на береге быстрой Каялы.
Тут кровавого вина не достало,
Тут да кончили пир храбрые русичи.
Сватов напоили, а сами полегли за Землю Русскую!
Уже невесёлая, братья, година настала.
Уже пустыня силу прикрыла.
Встала обида в полках Даждьбожьего* внука, ступила девой на землю Троянову. *(Даждьбог = один из главных богов в восточнославянской мифологии, бог Солнца и его олицетворение, бог плодородия и солнечного света)
Заплескала лебедиными крыльями на синем море у Дона.
Плещучи (плескаясь), прогнала обильные времена.
И застонал, братья, Киев кручиною (грустью), а Чернигов напастью.
Тоска разлилась по русской земле.
Печаль обильная потекла по земле русской.
На Дунае, Ярославнин голос слышится.
Кукушкой незнаемой рано кличет.
"Полечу, молвит, кукушкою по Дунаю.
Омочу бобровый рукав в Каяле-реке,
отру (оботру) князю кровавые его раны на могучем его теле."
Ярославна рано плачет, в Путивле на забрале (верхняя часть крепостной стены) причитает.
"О ветер, ветрило, зачем, господин, силой встречною веешь?
Зачем мчишь половецкие стрелы на своих лёгких крыльях на моего лады (любимого князя) воинов?
Мало ли тебе было высоко, под облаками, веять, лелея корабли на синем море?
Зачем, господин, моё веселье по ковылю развеял?"
Ярославна рано плачет, в Путивле-городе на забрале причитая.
"О Днепр-Славутич, ты пробил каменные горы сквозь землю половецкую,
ты лелеял на струях своих Святославовы ладьи до полка Кобякова.
Прилелей, господин, моего ладу ко мне, чтоб не слала к нему слёз на море рано."
Ярославна рано плачет, в Путивле на забрале причитая.
"Светлое и трисветлое (трижды светлое) Солнце!
Всем ты тепло и пригоже.
Зачем, господин мой, простёр горячие свои лучи на воинов лады,
в поле безводном жаждой им луки согнул,
тоскою колчаны замкнул?"
Тут Игорь-князь пересел из златого седла в седло невольничье.
Тогда великий Святослав изронил (произнёс) златое слово со слезами смешанное, молвив:
"Великий князь Всеволод, не мыслию лишь тебе прилететь издалёка,
отчий престол золотой поблюсти (защитить). Ты ведь можешь Волгу вёслами расплескать,
а Дон шеломами вычерпать.
Ты ведь можешь посуху живыми стрелять шераширами (катапультами), удалыми сыновьями Глебовыми.
Ты буи (сильный) Рюрик и Давыд,
вступите, государи, во злат стремень за обиду сего времени,
за землю русскую, за раны Игоревы, удалого Святославовича.
Галицкий князь, Осмомыслов Ярослав,
высоко ты сидишь, на своём златокованном престоле, подперев горы Угорские своими полками железными.
Стреляй, государь, в Кончака, поганого кочевника, за землю русскую,
за раны Игоревы, удалого Святославовича.
А ты, буй Роман и Мстислав.
Храбрая мысль носит ум Ваш на подвиги.
Дон тебя, князь, кличет и зовёт князей на победу!
Ольговичи, храбрые князья, поспешили на брань (битву).
Ингвар и Всеволод, и все три Мстиславича,
загородите поле своими острыми стрелами, за землю русскую,
за раны Игоревы, удалого Святославовича.
Погасли вечером зори. Игорь спит.
Игорь глядит, Игорь мыслию поля меряет
- от Великого Дона до Малого Донца.
Всплеснулось море полуночное, идут смерчи мглой.
Игорю-князю Бог путь кажет из земли половецкой в землю русскую,
к отчему златому престолу.
А Игорь-князь поскакал горностаем к тростникам речным.
Слетел белым гоголем (уткой) на воду,
вскинулся (вскочил) на борза (быстрого) коня, соскочил с него серым волком.
Солнце светится на небесах:
Игорь-князь в Русской Земле!
Девицы поют на Дунае, вьются голоса через море до Киева.
Игорь едет по Боричеву ко святой Богородице Пирогощей.
Страны рады, грады (города) веселы.
Князьям слава и дружине.
Аминь.