''Кино – это фикция!''
Память.
В то утро кричали чайки, кружась над скалами Бретани.
Дурманящий запах соленой воды и рокфора. Будет это вечно
или пленка порвется, картинка расплывется и будет прыгать?
Трудно сказать. Но тяжкий груз захочется сбросить хоть на минуту.
Забыть все, просто быть. Случайное воспоминание,
открутить назад, на начало, еще дальше.
Это вырванные из пустоты картинки,
без перфорации, с царапинами на целлулоиде,
крупнозернистые, тусклые, пожелтевшие.
Посмотрите на это бледное лицо, глаза стального цвета,
едва заметная усмешка в уголках рта,
дуга бровей, небольшой шрам на мочке.
Замечательный сплав
гениальности и абсолютной безграмотности,
потери памяти и ослепительной вспышки мысли,
депрессивной маниакальности и уверенности пограничника.
Рождение гения. Лион. 26 ноября 1863 года.
26 декабря в Латинском квартале Лиона
в больнице Капуцинов родился нормальный мальчик.
Пришла беда – открывай ворота! Родился еще один мальчик.
И как часто бывает - пути двойняшек разошлись.
Первый из двойняшек - герой нашей истории.
Назовем его Жан-Полем.
Готов ли мир принять его, а он - мир?
Брат.
Брат номер два выбрал свободу, свободу в темноте.
Он стал знатоком темного помещения.
Кроты, червяки и корни ели - его единственные спутники.
1869 год. Остров Тонга.
Жгучей фрагментальностью из памяти Жан-Поля всплывает
краткий, но яркий период
в земном раю, на острове Тонга у дяди Поля Гогена, миссионера.
С Тонгой связано первое воспоминание об изобретении.
Дядя Поль изобрел игру - выпрыгивание из большого сапога.
Хотя простодушный миссионер был рад отдать от себя,
была допущена роковая ошибка.
На острове не было экологической ниши для такой вони.
Муха зеленоглазка. Кстати, женские особи этого вида
реагируют на голые пальцы ног за 1 700 км.
Она делала то же, что и миллионы ее предшественников
на протяжении миллиардов лет.
Дальше все развивалось по законам природы.
Прощаясь с детством, Жан-Поль дал клятву:
никогда не сниму сапог с ног.
Второе сине-желтое воспоминание из Швеции.
Швеция – страна дикарей, единственные цивилизованные люди
Альфред Нобель и Нильс Холгерсон,
последний изобрел механического гуся, назвал его Сельмой Лагерлеф.
Жана-Поля послали в Швецию по климатическим причинам.
Богатая железом Швеция полезна для его слабых легких.
Альфред Нобель был еврей, дальний родственник Жан-Поля,
пытался изобрести невзрывающийся динамит, но пока безуспешно.
Поэтому он состоял...
из нумерованных кусочков.
Дикая и безлюдная Швеция действовала на мальчика удручающе,
здесь не было ни эспри, ни гламура.
Жан-Поль печально смотрел на белую точку в левом углу кадра,
не зная, что это белокурый мальчик Ингмар Бергманн,
который ездит на ржавом шведском велосипеде.
Париж. 1876 год.
Париж – какой город!
Недавно в Париж перенесли Эйфелеву башню,
которая простояла без дела, ржавея, в туманном Лондоне.
Фасады Парижа, сколько воспоминаний, имен.
Жан-Клод, Жан-Пьер, Жак-Люк.
К сожалению, Жан-Поль не сумел
оставить в Париже мемориальной доски со своим именем.
Жан-Поль не знал, кто он, откуда и куда.
Там, где у других память, у него была черная дыра.
Поэтому мы и зовем его Жан-Полем.
Русский Лев Толстой первым в мире совершил тройное сальто на крыше.
Правда, приземлившись, сломал восемь ребер, обе ноги,
тазобедренный сустав, ключицу, большой палец на левой руке
на десятилетия остался забытым,
он в мыслях играл на балалайке грустные мелодии.
1879 год. Швейцария. Начало кризиса.
Малоизвестный период в жизни Жан-Поля -
пребывание в Швейцарии в 1878-81 гг.
Очевидная причина - удачные изобретения.
Факт, что уже в те годы там знали булавки и часы с кукушкой.
Но самое новейшее и потрясающее изобретение -
машина идентификации швейцарцев.
Жан-Поль кое-что узнал о себе – он не швейцарец.
Но кто же он тогда? Оставалось немало вариантов.
А вдруг я бельгиец, подумал Жан-Поль с ужасом.
А тем временем...
А если заменить трансмиссию эксцентриком
и воспользоваться перфорацией?
спросил знаток темноты у корней ели. Вопрос остался без ответа.
Встреча в Германии.
Где-то на окраине Европы, в Германии,
состоялось знаменательное событие последних 700 лет.
Встреча Баха и Бетховена.
1878 год. Клемонт - Ферранд, госпиталь Св. Годара, 2-й корпус.
Два стороны одной медали -
угроза для родины и медкомиссии.
Где причина, а где последствие? рассуждал Жан-Поль.
И что так странно жжет у него за пазухой?
Может, это огонек патриотизма?
Умереть за Родину - разве не великолепное решение
прогрессирующего кризиса идентитета?
Восьмое чувство подсказало Жан-Полю:
Можешь переходить улицу на красный, жениться на лошади,
но есть определенные вещи, которые тебе нельзя делать.
Когда выяснилось, что у Жан- Поля обе ноги деревянные,
смерть за Родину потеряла актуальность.
У сы пригодятся - дамы на подходе.
Странное жжение в груди мучило Жан-Поля и в дальнейшем.
1884. Тоскана.
Жан-Поль выбрал для любовного клича не ту страну,
в Италии женщины были редкостью.
Еще в прошлом веке каннибализм был здесь будничным явлением.
Ели мужчин, женщин, почтовых чиновников.
Благодаря вкусу их мяса
население Италии катастрофически уменьшилось.
Нехваткой женщин
объясняется дальнейший переход на макаронные изделия.
Страсть в Копенгагене.
На крик Жан-Поля отреагировала Сигрид У,
великая писательница, холодная северная женщина.
Откуда здесь в грязной дыре в Копенгагене
ресторан под названием Мануэль? успел подумать Жан-Поль,
перед тем как его обуяло пламя страсти.
Вот и все, что касается Сигрид У.
1878 год. Холодная зима на юге Франции
В 1865 году на юге Франции выдалась особенно холодная зима.
Весна 1868 года. Париж. Время выбора.
Весна 1868 года выдалась в Париже беспокойная.
В воздухе носилось непреодолимое желание
петь Марсельезу под аккордеон.
Провести ровную линию на ослепительно белой бумаге.
Разумеется, были и беглецы. Бежали, кто не хотел остаться.
И хотя Жан-Поль чувствовал необъяснимый зов,
он решил - остаюсь. Я останусь с тобой, Париж.
187 1 г. Встреча Ф. Листа с роялем.
187 1 . Марсель. Гранд Кафе. Дискретное очарование пролетариата.
Забудем на минуту о Жан-Поле.
В Гранд-кафе любил приходить доктор Гектор Берлиоз,
гениальный изобретатель, осуществивший мечту человечества.
Доктор Гектор изобрел энсим,
внедряясь в раковые клетки, приводил к их бурному единению,
то есть включался процесс обратного деления клеток.
Последнюю оставшуюся клетку удалили оперативно.
До победы над раком осталось пару шагов.
Вот он доктор Гектор
Оставалось пару чисто технических факторов
в управлении процесса синтеза,
плюс формальности.
А теперь посмотрите на Жан-Поля. Кто он по сравнению с доктором?
Неудачник.
Взгляд внутрь себя.
Жан-Поль вернулся на год домой.
Все вокруг казалось странным.
Старая яблоня больше не цвела.
Старая яблоня превратилась в грушу.
Жажду свободы питала только надежда,
что Санта-Клаус откроет дверь,
но Санта появился и на этот раз, как всегда, через трубу.
Но все-таки - смотрите,
ослепляющая улыбка почтальонши.
Застывшие на средиземно- морском ветру соски,
родинка сзади на левой ноге, у колена.
Покой наполнил душу Жан-Поля, решение близко, стояла весна.
Весна 187 4 года.
ОН
И
ОНА
Из-за эгоцентризма Беатрис, ее некоммуникабельности,
неумения смотреть на проблемы в широком контексте
разбилась их молодая, набиравшая силы любовь.
Жан-Поль почувствовал странное облегчение.
Беатрис не созрела для того, чтобы ответить на его страсть,
это сомнение подтвердилось.
12.37. Ванная комната. Железное дыхание технологии.
Только что изобрели зубную щетку. А что дальше?
Жан-Поль почувствовал,
что он готов.
Готов? К чему?
1882 год. Разбились мечты. На границе сумраков.
С этого момента жизнь Жан-Поля окончательно изменилась.
Ему все время снился один и тот же кошмарный сон.
Он просыпался от страха, в холодном поту,
долго не мог успокоиться.
Убийство сыродела Антонио в Неаполе в 1883 году.
Италия - страна,
прославившаяся мягким климатом и темпераментными людьми,
красота местных пейзажей отвечает евростандартам.
83% солнечных дней.
Итальянская кухня изыскана,
сами итальянцы спонтанны и открыты,
денежная единица – итальянская лира.
Поэтому не удивительно,
что в голове каждого гостя вертится одна лишь мысль -
почему бы мне не остаться здесь жить? Почему бы и нет.
Это должно быть правом и обязанностью каждого,
потому что Италия может предложить то,
что человеку необходимо больше всего -
покой, экзотические переживания и маслины.
Март–апрель 1883 года. Возвращение Водяного.
Новость о смерти сыродела подорвала здоровье Жан-Поля.
Касабланка, успел он подумать,
и увидел руку Ингрид, тянущуюся за бокалом шампанского.
Да, Жан-Поль перешел границу добра и зла,
он превратился в лужу,
которую топтали тысячи ног.
Бернадет Фишер, простая деревенская девушка,
решила войти решающим шагом в мокрую жизнь Жан-Поля.
Их физическая близость
быстро стала глубокой, душевной привязанностью.
Лужа Жан-Поль не сразу понял,
что неотесанная Бернадет с линеарным мышлением
была для него неравным партнером.
Совместная жизнь – это не только шевелить пальцами ног.
Изменения условий и нездоровое соперничество отрезвили Жан-Поля.
Он вернулся в мир огня, стали и бургундских вин.
1873 год. Тоur dе Frаnсе. Крах неопозитивистского идеализма.
Новая депрессия, вопросы без ответа, кошмары по ночам.
И в завершении всего именно под окном Жан-Поля
катается на коньках негодный русский Володя Ульянов-Ленин.
Как будто нет другого места!
Волга, Дон, Байкал, Северно- Ледовитый океан или Амур.
А тем временем...
Кто этот человек, который пытается изобрести синтетические тучи,
спросил у крота знаток темного пространства.
Думаю, это Франсуа Трюффо, ответила старуха.
1875 год. Берлин. Кульминация кризиса идентитета.
Кризис, оказавшийся более шизофреничным,
заставил Жан-Поля действовать
бессознательно, самыми темными уголками разума.
Глядя себе в глаза, спросить, на какой ты стороне баррикады?
Жан-Поль не знал, что такое, баррикада,
но он предполагал ответ.
Ответ, которого нельзя было произнести вслух.
Жан-Поль понял: что-то бесповоротно осталось в прошлом.
Он распрощался со всем, на него нашло просветление,
но в Берлин Жан-Поль больше не возвращался,
даже в самых кошмарных снах.
Прага. 187 4 год.
Зима 187 4-го выдалась в Польше на редкость суровая.
Лопнули все шесть застекленных окна.
Frаmе bу frаmе. Моntреlliеr, среда.
Общеизвестно, что англичанки были настолько некрасивые,
что последние 200 лет
закон запретил приезжать им в Европу,
за исключением случаев,
когда ими пугали непослушных детей.
Единственным исключением была Джейн Фрейм,
красота которой завоевала сердце Жан-Поля.
Вы заметили мужчину в круглых очках
на окне второго этажа? Виктор Гюго,
это он изобрел двигатель внутреннего сгорания.
Неразрешенным остался принципиальный вопрос -
оксидирование электродов свечей.
Гегемония бензиновых двигателей кончалась.
Frаmе bу frаmе.
Нет, это не для меня, подумал Жан-Поль.
Встреча с сигарой, сардиной и воспоминанием о Японии.
Тишина, стоны, шепот и крики,
острая точка касания двух миров,
с которой нас разделяет один несделанный шаг.
Жан-Поль тут же сформулировал принцип существования.
Всегда начинай с сардины, не оставляй сигару напоследок
и забудь воспоминание о Японии.
У давшийся эксперимент во Франции.
Наконец-то удалось доказать,
что Эмиль Золя и Александр Дюма – одно и то же лицо.
Это была большая победа Французской академии.
1884 год, Саламанка де ла Гуадалахара. Риоха.
Испания – дешевое вино, примитивные развлечения,
два старых алкоголика - Фрейд и Хемингуэй,
фанаты корриды.
Все это вызывало у Жан-Поля только отвращение.
Жан-Поль спал под жарким солнцем Испании
и видел сон. Сон о свободе.
Свобода.
Фобия детства, далекое воспоминание.
И вдруг Жан-Поль понял, что светлое пятно в левом углу
не Ингмар Бергман, а пылинка на стекле его очков.
Он был свободен.
Быть свободным – значит отрицать правила. Снять сапоги.
Но не шевелить пальцами ног, предупредил внутренний голос.
Это была ошибка.
Теперь Жан-Поль стал таким же маленьким, как Малыш Эдуард,
и это не предвещало ничего хорошего.
Эдуард и Альфред.
Жили-были Малыш Эдуард и Дядя Альфред.
Малыш Эдуард больше всего на свете любил изящные искусства.
Такие имена как Клод Лорен, Жак Калло,
Жан Баптист Шарден, Эжен Делакруа,
Фернанд Легер, Генри Матис - были ему очень даже знакомы.
Или взять к примеру музыку. Жизнь Малыша Эдуарда
без Луиджи Керубини, Цезаря Франка, Мориса Равеля,
Клода Дебюсси, Эрика Сати, Эрика Хоннекера, Джорджа Мелиеза
была бы немыслима.
Все свободные минуты Малыша Эдуарда были наполнены поэзией.
Поль Валери, Андре Жид, Марсель Пруст, Аполинар,
Андре Бретон, Луиз Арагон, Жак Превер,
Жан Поль Сартр и Альберт Камю -
он обожал их.
И еще Рене де Шатобриан, Альфред де Муссе, Жюль Верн,
Дидье Ориоль, Чарлз Бодлер и Оноре де Бальзак.
И он неустанно восхищался Франсуа Саган.
Это было ошибкой. Вот и все о Дяде Альфреде.
1880-1882 гг. Под мостом.
Для сильной натуры жизнь под мостом как очищающий огонь.
В один момент ты готов к этому.
Голова - магнит, а уши - железо.
Все еще впереди. Все еще возможно.
Эдисон на мосту. 1882 год.
Встреча с Эдисоном должна была состояться на мосту.
Жан-Поль знал, что Эдисона всегда можно встретить на мосту.
Но встреча не состоялась,
Эдисон находился в другом месте, на другом мосту.
Эдисон был не маленький, он это знал.
Эдуард начал действовать.
У французского народа было два великих сына,
Малыш Эдуард и Наполеон Бонапарт, оба ростом 130 см.
Какое чувство быть Наполеоном, подумал Малыш Эдуард?
Чувствуя, что у него начали расти груди,
Малыш Эдуард решил изобрести бюстгальтер, пока не поздно.
1885 год. Друзья.
Свое 50-летие Жан-Поль встретил,
стоя один на один с мучительными вопросами.
Невольно пришлось признаться, что круг друзей сузился.
Осталась только говорящая морковка и невзлетная редиска.
И странное дыхание минувшего.
Эдуард действует.
Девушки Авигнона. Авигнон. 15 апреля, 1891 года.
Слух о деятельности Малыша Эдуарда
привел в движение тысячи феминистов,
они созвали конференцию в Бельведерском дворце.
В движении образовался раскол,
разделились на правых и ультралевых.
Морская прогулка была под вопросом.
Эдуард действует.
Бессмысленная катастрофа.
Оба крыла феминистского движения, отправляясь в круиз,
назвались левыми
и решительно отказались от кают на правом борту.
Дальше все проходило по законам физики.
Вот и все о феминистах.
Единственным очевидцем замечательной катастрофы
оказался полуслепой Франц Шуберт, сторож, сексист и свинья,
он долго махал вслед удаляющемуся судну.
Пора спросить, какая польза от катастрофы,
которую не видит широкая общественность.
Вместе с Титаником исчез
интерес Малыша Эдуарда к бюстгальтерам.
Малыш Эдуард решил изобрести средства массовой информации.
Но это оказалось ошибкой.
Вот и все о Малыше Эдуарде.
Май 1895 года. Велко-Тырново. Круг сужается.
Последней надеждой Жан-Поля были сюрреалисты Бесарабии.
Жан-Поль понял, что круг сужается.
1891-1893 гг. Момент прояснения.
1895 г. Отправление в путь.
Лето 1895-го выдалось во Франции на редкость жаркое.
Глоток Веjаulаis Nоuvеаu'd, пару строчек Бодлера -
чего еще хотеть от жизни? размышлял Жан-Поль.
Ему было совсем хорошо.
А тем временем...
Возможно ли аккумулировать оптическую активность линз?
спросил знаток темного помещения.
Тебе, наверное, пора идти, ответила жирная личинка.
Что бы это могло значить? подумал Жан-Поль.
Тайное сообщение? Что же я должен сделать?
Это намек, что я должен изобрести паровоз,
успел подумать Жан-Поль, как на его плечо легла тяжелая рука.
Ваш билет? У Жан-Поля никогда не было билета,
но было загадочное жжение в груди.
Вдруг это билет в один конец? Это не был билет в один конец.
Наконец-то, догадался Жан-Поль, я узнаю, кто я.
Луиз Люмьер. Неплохо.
1895 год. 1 7.30. Братья совершили прыжок...
Дорогой брат, осталось ли еще что-то не изобретенное?
В тот же 1895 год братишки Люмьеры изобрели кино.
И хотя оба они скончались на премьере от разрыва сердца,
кино быстро стало популярным.
Доктор Гектор Берлиоз так и не довел до конца
изобретение противоракового лекарства.
Виктор Гюго не смог завести
двигателя внутреннего сгорания, работающего на морской воде.
А Франсуа Трюффо забросил свою затею
с дождевыми облаками.
Все они стали завсегдатаями кинотеатров,
и всех их, как и нас,
больше ничего не интересовало.